Новогодний переполох или мандарины для нечистой силы

Спасение от убийцы часть 3
19.06.2015
Сидя в шкафу
19.06.2015

Автор — AnnAPoroXnia.Утренний чай был не в радость. Гости не спешили покидать теплый дом гостеприимного батюшки, ибо оказия приключилась, и все дороги замело ночной метелицей, а на санях, на которых они прибыли, сломались полозья.
— Ничего, Никифор Степанович, не бери к сердцу, — успокаивал его Алексей Иванович. — Завтра и отправитесь с утреца, мои люди починят все — как новые сани ваши будут.
Он посмотрел на сестер, равнодушно ковырявших изюм из булок и сказал:
— А вы бы, девицы, оделись, да на улицу с ребятами вышли, подурачились в снегу… Дело оно молодое, пора веселая…
— Вы слышите, что батюшка сказал? — попадья ущипнула Наташку, и та ойкнула. — Быстро на улицу!

* * *
Снег весело искрился под ярким солнышком, слепил глаза и тяжелыми хлопьями опадал с пушистых елок. Братья поповичи стояли как две круглые горы, укутанные в лисьи шубы и шмыгали своими картофелинами. Марина с тоской оглядела их и подумала о том, что, если их сопли быстро не замерзнут, то обязательно потекут по блестящему меху.
— Пойдемте, что ли, к мельнице прогуляемся… — предложила Наташка, ища выгоду в этой ситуации. — Я хочу посмотреть на нее поближе.
— Я — за! — Марина с радостью поддержала сестру, чтобы уже быстрее нарушить это бестолковое молчание.
— Не-е… Там, говорят, колдун живет, спаси Боже… — прогундявил Сашенька. — А вдруг он нас в лягушек превратит?
— Вы что, в бабьи выдумки верите? — хмыкнула Марина. — Ну и стойте здесь, а мы пойдем.
Девушки двинулись в сторону мельницы, похрустывая снежком, и через секунду услышали за собой обиженное шмурыганье.
— Погодите, мы тоже пойдем! — гундявый голос Миши пробасил где-то сзади. — Спаси, Господи, нас грешных!
— Аллилуя! Аллилуя! — завопил Сашенька в ответ на слова брата, и девушки удивленно обернулись. Братья неистово крестились, но топали следом, увязая в сугробах.
Мельница была действительно жуткой. Почерневшая от времени, с поломанными лопастями, она была похожа на постаревшую вдову, сгорбленную от горя. Лопасти печально скрипели на ветру, и от этого грустного звука по спине бежали мурашки.
— Посмотрели? — пропищал Мишенька, вздрагивая и вздыхая. — Пойдемте. Батюшка как кинется, а нас нет… Осерчает.
— Может в середину зайдем? — предложила Наташа. — Интересно — жуть.
— Пошли. — Марина первая поднялась по прогнившим ступеням и потянула за ручку двери.
— Глупые бабы! — зашептал Сашенька. — Любопытные носы свои суете, куда не нужно! Вот схватит вас колдун, чтобы не повадно было!
Наташка повернулась к нему и не смогла удержать смех. Сашенька так разгорячился, что пресловутая сопля все-таки покинула свое теплое убежище и весело потекла вниз.
Он сначала не понял, чего она хохочет, но потом шмыгнул носом, затягивая беглянку, и надулся.
— Батюшка говорит, что соплёй даже Илья Муромец страдал.
— А-а… Ну тогда ладно… — Наташка отвернулась и посмотрела на мельницу, но даже она уже не казалась такой страшной…
Внутри было холодно и тихо как на кладбище. В углах валялись дырявые мешки, и единственные жители этого места — мыши- сновали в соломе, разбросанной по полу. Сестры подошли к маленькому окошку и заглянули в него, осматривая задний двор мельницы. Черная избушка действительно притаилась возле замерзшей речки, и то, что в ней кто-то жил, выдавал лишь дымок, вьющийся из трубы.
— Вот она… — прошептала Марина.
— Ну, теперь мы знаем, куда лежит наш путь.
Девушки развернулись и, не заметив под соломой разбитый глиняный кувшин, наступили на его черепки. Их хруст прогремел в тишине мельницы как канонада, и вслед за этим раздался громкий протяжный свист.
— Что это? — Марина посмотрела вокруг, но ничего подозрительного не увидела.
— Все, пошли отсюда! — Мишенька как-то странно покраснел, и они с братом потопали на улицу.
— Фу-у! — Наташка заткнула пальцами нос. — Вот откуда посторонние звуки!
Девушки выскочили из мельницы и вдохнули полной грудью свежего, морозного воздуха.
— Мне изюм есть нельзя, — протянул Мишенька. — Но это ничего, станешь моей супружницей — попривыкнешь.
— Это с чего ты взял? — Наташка скептически оглядела его. — Я под венец не собираюсь.
— Батюшка уже с вашим батюшкой договорились, — довольно протянул Мишенька. — К Рождеству засватаем, а к Масляной — свадебка.
— К Масляной, говоришь? — Марина ткнула сестру в бок и, смеясь, шепнула: — Нужно быстрей это кольцо искать, иначе с этим газовым баллоном будешь венчаться.
— Неизвестно какие «таланты» у твоего «Ильи Муромца», — шепнула ей в ответ Наташка, прыская от смеха. — Я-то хоть знаю, что этого изюмом нельзя кормить…

* * *
— Как прогулялись? — Варвара Николаевна сияла почище, чем самовар на столе. — Познакомились поближе, небось?
— Хорошо прогулялись, — кивнул Сашенька. — А обедать когда будем?
— Уже несу! Несу! — засуетилась попадья и ласково поглядела на сестер. — Ясочки мои ясноглазые!
Отобедав, братья пошли вздремнуть и до вечера не показывались, что несказанно радовало девушек. Как только в небе появилась первая звезда, Марина услышала как в кухне звякнуло ведро.
— Пора. По-моему, попадья на колодец собирается.
Они тихо прошли мимо дремавшей в деревянном кресле нянюшки и вышли из дома, быстро спрятавшись за угол. Когда два силуэта, утопая в сугробах, отошли на безопасное расстояние, сестры пошли за ними, прячась за избушками, да сарайчиками. Параша и Варвара Николаевна остановились возле колодца и замерли, не спеша набирать воду. Сестры осторожно обошли последнюю избу и выглянули из-за угла.
— И где же он? — послышался испуганный, но возбужденный голос попадьи.
— Имейте терпение, матушка, сейчас появится, — шепнула ей Параша.
— Не боязно ходить по темноте?
Даже сестры вздрогнули от неожиданности, не говоря уже о попадье и служанке, когда, словно из ниоткуда, появился высокий мужчина.
Они завизжали и кинулись прочь, бросив ведро у колодца, улепетывая с такой скоростью, что снег клубами вздымался под их ногами.
— Эй! Ну куда же вы?! Такая милая пампушка!… Я желаю знакомства! Эй!
Насмешливый голос разнесся ветром между домами и эхом отбился от их стен. Темный, высокий силуэт пошел дальше, а сестры прижались к стене.
— А колдун-то не без юмора… — хмыкнула Марина. — Интересно, чего это он ходит по ночам?
— Пошли к нему, а? Пока он по деревне шляется. — Наташка схватила сестру за руку и потянула к мельнице.
В кромешной темноте она казалась еще более зловещей и мрачной, предупреждая девушек скрипом своих лопастей: «У-ик, у-ик».
— Голова с плечей вжик! — в такт мельнице прошептала Марина, поеживаясь от этих звуков.
— Не нагнетай, — одернула ее Наташка. — По мне, так с Сашенькой венчание — еще страшнее.
Они подошли к избушке и, вдохнув поглубже, отворили скрипучую дверь. За ней было темно и тихо, девушки замерли. Опасность щекотала нервы, но какая-то неведомая сила толкала их вперед. Сестры наугад шагнули в этот притихший мрак и, почувствовав как летят вниз, заорали, крик получился гулкий и протяжный, исчезая вверху. Наконец, они приземлились, отбив себе бока и оцарапав ноги.
— Это еще кто? — послышался из темноты недовольный голос. — Опять кого-то закинули эти нечисти…
— Ой, мама! — завизжала Наташка. — Кто здесь?!
— Кто-кто… Хозяин домишки этого… И, чтобы вы знали, колдун еще тот..
В углу вспыхнул слабый огонек, и сестры увидали старого дедугана, сгорбленного как рыболовный крючок.
— Как колдун? — ахнули девушки.
— Каком к верху, — раздраженно буркнул старик. — Какого рожна вы сюда приперлись? Теперь будете со мной в заточении сидеть, пока не сгините.