Вечные спутницы. Глава 4

Танцевальная студия
19.06.2015
Чары. Часть 3
19.06.2015

[hide]Источник[/hide]Глава 4

Встреча с Тайрин привела к тому, что я начала с нетерпением ждать вечера. Уроки у Мэтта заканчиваются в четыре, а это значит, что к половине пятого я должна быть абсолютно готова. Я подошла к высокому зеркалу и окинула себя внимательным взглядом.

В этот раз мое тело было красивее, чем в прошлой жизни, однако на фоне Тайрин я в любом случае казалась бы простушкой, так что надо что-то срочно менять. Как же хорошо быть бессмертной и всесильной. Стоит лишь пожелать и ресницы становятся длиннее и гуще, волосы из светло-русых становятся золотистыми и приобретают объем, меняется цвет кожи и губ и из зеркала на тебя уже смотрит не заморенная жизнью учительница, а молодая и довольно симпатична девушка. Даже косметики не надо. А вот с одеждой все не так просто, хотя и здесь можно кое-что сообразить. Например: черный сарафан с корсетом легко сойдет за платье и будет уместен как на прогулке в парке, так и в ресторане. Закончив приготовления, я прилегла на диван и внезапно осознала, что в последний раз я так готовилась к свадьбе с Александром.

327 год до нашей эры. Бактрия.

— Зачем ты заключил с ним мирный договор? — Рвала и метала, я не в силах примириться с выходкой отца.

— Я должен думать о жизни моего народа. Армия Александра слишком велика, чтобы мы могли сопротивляться.

— Но мы должны были! Кто теперь ты? Никто!

— Роксана, ты говоришь со своим владыкой! — Не вытерпел отец.

— Ты теперь не владыка. — Закричала я и выбежала прочь из комнаты. Кто этот Александр, раз смеет так вести себя? Что это за великий царь? Я неслась по коридорам замка, ловя на себе недоуменные взгляды греков. К черту их! У комнаты отца я остановилась и бросила на слуг такой взгляд, что они даже не подумали препятствовать моему вторжению в комнату их нового повелителя. Слуги молча распахнули двери и я вошла в комнату.

Я была готова застать что угодно — пьяный дебош, оргию или что-нибудь похлеще, вот только не то, что открылось моему взору. В комнате было тихо. На кровати, закрыв глаза, лежал молодой мужчина и пламя свечей отбрасывало на его красивое лицо тени. Услышав мои шаги, он открыл глаза и медленно сел.

— Роксана?

— Стало быть не стоит представляться.

— Отец говорил о вас. — Он пригладил взъерошеные волосы и встал.
— Что вас привело ко мне?

— Вы ранены? — Удивилась я, заметив кровь на пальцах и кисти повелителя. Он досадливо поморщился и спрятал руку под накинутым на плечи плащом.

— Не стоит. Подданные не должны видеть ран своего царя.

— Я не считаю себя вашей подданной. — Я подошла к Александру, который был выше меня на голову, и, мягко спустив плащ с его плеча, с трудом сдержала рвущийся наружу крик. От плача к локтю тянулась ужаснейшая рана, обнажающая кость.

— Вот что, ее надо обработать.

— Принцесса, не берите в голову.

— Знаете что, я пришла сюда поговорить о вашем поведении в отношении моей страны. Так вот, если вы и дальше намерены разорять страны, то хотите вы того или нет, но вам придется жить, а с такой раной отправиться на тот свет проще простого.

— Ладно, делайте что хотите. — Рассмеялся он.
— Вы мне сейчас так напомнили мою матушку, что у меня нет сил противиться.

Я кивнула и, подойдя к небольшой нише в стене, сняла с нее сундучок, в котором отцовские слуги хранили всякую нужную мелочевку. Нитки с иголкой отыскались быстро и я, накалив иголку над огнем, принялась зашивать края раны.

— Не думал, что принцессы умеют держать в руках иголку. — Пошутил Александр и я поймала себя на том, что улыбаюсь ему в ответ.

— Я же дикарка. Мне позволено гораздо больше, чем благородной греческой даме.

— Я уже заметил, когда вы ворвались в мою комнату. Что ж, у вас на то был повод. Но думаю мне стоит дать пояснения — я не стремлюсь захватить власть вашего отца, моя цель иная — единая империя, где все народы равны друг другу, земной Олимп.

— Хотите добиться мира через кровь? — Фыркнула я. — Хороший способ.

— Без тьмы не бывает света. — Покачал он головой.

— Пожалуйста, не дергайтесь. — Я с трудом удержала его руку.

— Мы не задержимся в Бактрии долго. Мы уйдем, а ваш отец станет сатрапом, вот только под моим началом.

— И вы считаете, что у однажды потерявшего власть, она появится снова?

— А вы столь же умны, как и дерзки. Признаться, я не нахожусь с ответом.

— А вы не заносчивы и разумны. — Нехотя, признала я. Закрепив последний шов, я вышла в коридор и велела слугам раздобыть горячей воды, чтобы промыть раны.

— Значит мир? — Приподнял бровь Александр. Я выхватила из складок платья кинжал и, насладившись мелькнувшим в глазах царя страхе, срезала нить.

— Значит я выберу молчание. — Я убрала кинжал обратно и подняла на царя глаза. — А еще это значит, что кровь вы будете смывать сами.

Я вышла из комнаты и, скрывшись с глаз слуг, улыбнулась, вспоминая восторженный взгляд царя. Когда я становилась пред дочерью поверженного сатрапа, я хотела лишь стать спутницей величайшего из живущих царей. Теперь я хотела быть спутницей Александра. Царя, который покорил не только Азию, но и мое сердце.

Наши дни.

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я потянулась за куском сырого мяса.

— Да?

— Привет, Эрин. — Послышался голос Мэтта. — Я уже освободился. Наш договор в силе?

— Конечно. — Я продиктовала ему адрес и, бросив в зеркало последний взгляд, спустилась вниз. Мэттью подъехал буквально через пять минут и мы направились в ресторан.

— Извини, я здесь еще ни разу не был, так что не знаю, что тебе посоветовать. — Смущенно улыбнулся он, подавая мне меню.

— Ничего страшного. — Улыбнулась я в ответ. — Неужели вы с твоей девушкой не были в таком популярном месте? Прямо не верится.

— Эйла мне не девушка. — Он оторвался от меню. — Точнее не совсем девушка. Я приезжий и она единственный мой друг.

— Значит это не любовь? — Напряглась я. Интересно выходит.

— Все сложно. — Пожал он плечами. — Давай лучше сделаем заказ.

— Я буду мясо по-деревенски, жареный картофель и апельсиновый сок.

— Апельсиновый сок? — Рассмеялся Mэтт. – Эрин, ты сейчас не на работе.

— У меня аллергия на спиртное. — Покривила я душой. Не объяснять же ему, что бессмертные пьянеют быстрее?

— Как хочешь. Мне то же самое. — Кивнул он официанту и мы вновь остались одни.

— Так как ты оказался в нашем городе, а тем более в школе?

— Судьба, наверное. Я просто путешествовал по стране, случайно заехал в ваш город и решил остаться. Тут же познакомился с Эйлой, а потом увидел в газете вакансию учителя истории в школу, и вот, я здесь. — Он вновь улыбнулся и я невольно поймала себя на мысли, что последним человеком, который столь часто улыбался, был Александр.

— Не жалеешь, что остался?

— Ни в коем случае. Я вырос в похожем городе, да и работа мне нравится.

— А почему уехал из дома? — Не унималась я с вопросами. Я чувствовала, что Мэтт станет для меня больше, чем знакомым. Возможно, даже больше, чем другом. Мне не хотелось как обычно спрятаться от него, сбежать в свою квартиру, где тихо и безлюдно. Мне было хорошо с ним. Меня не тяготила его компания.

— Просто все надоело. Родители мои давно уехали за границу, гражданский брак стал костью в горле. — Он задумался. – Знаешь, мне казалось, что уже ничего хорошего со мной не произойдет. От работы я не получал удовольствия, а отпуск пролетал бессмысленно. Я не чувствовал себя живым.

— Мне это знакомо. — Вздохнула я и пододвинула принесенное официантом блюдо к себе.

— Давай лучше поговорим о тебе. — Решил сменить тему разговора Мэтт. — И на ком ты специализируешься?

— Не поняла…

— Диплом по какой теме защищала? — Смеясь пояснил парень.

— Александр Македонский. — Соврала я. Здесь я точно не ошибусь.

— Правда? — Удивился Мэтт. — А я писал про Роксану. Теперь уже удивилась я, а точнее подавилась куском мяса.

— Неожиданная тема. — Пробормотала я, борясь с кашлем. Лучше уж запить соком.

— Мой куратор сказал то же самое. А ведь жизнь Роксаны не менее интересна. А ты знала о существовании версии, что это Роксана отравила сперва Гефестиона, потом индийского мудреца Калана, а затем уже самого Александра ядом, привезенным из Индии?

— Прости, но это чушь. Они с Гефестионом, конечно, друзьями не были, но не до такой степени, чтобы она могла его убить. Что касается Калана, то Роксана его безмерно уважала и тяжело переживала его смерть.

— Но ты не сможешь отрицать тот факт, что Роксана убила Страмару?

— Не смогу. — Призналась я, вспоминая то упоение, которое я испытывала издеваясь над ее телом. Тайрин бессмертна, но даже бессмертные испытывают боль. Прошло совсем немного времени после ее смерти, а она духом вернулась к своему любовнику Кассандру, велев ему уничтожить того, кто был мне дороже всего — сына Александра. Ребенка, который стал напоминанием ее краха и символом нашей любви с царем. Убивать меня им не пришлось — я сама последовала за сыном, надеясь хоть в этот раз уйти навсегда.

— Что-то ты загрустила. Все хорошо?

— Да. — Кивнула я и изобразила на лице улыбку. — Расскажи мне об Эйле. Мне она кажется очень знакомой.

— Она медсестра. — Я едва не свалилась с кресла. — Работает в госпитале святого Павла. Не думаю, что вы могли с ней встречаться раньше — она сама, как и я, приезжая.

— Возможно я ошиблась. — Согласилась я. — Не будем об этом. Расскажешь откуда такие глубокие мысли о времени?

Мэтт рассмеялся.

— Мне часто нечем себя занять, вот и лезет всякая ерунда в голову.

— Ничего себе ерунда! — Удивилась я и мы оба рассмеялись.

Вечер прошел просто восхитительно. Мэтт, как я и думала, оказался прекрасным собеседником и я, впервые за долгое время, была в восторге от общения со смертным. После ресторана мы немного погуляли по набережной, где собственно и располагался ресторан, и Мэтт отвез меня домой.

— Можно я тебя провожу? — Попросил он, заглушая мотор.

— Давай. — Улыбнулась я. Мэтт быстро вышел из салона и, открыв мою дверь, помог мне выбраться наружу.

— На каком этаже ты живешь?

— На двадцать девятом. Это самый высокий дом в нашем городе. Здесь сперва хотели сделать офисы, но потом что-то не заладилось и его переделали в жилой дом. — Мы зашли в холл и я нажала кнопку вызова лифта.

— А ты где живешь? — Мы вошли внутрь.

— На окраине. У меня небольшой домик около северного леса.

— Так далеко ездишь на работу? — Мы вышли на мою лестничную клетку и я, найдя в сумочке ключи, открыла дверь.

— Я не жалею. — В глазах Мэтта плясали чертики. — Мне понравилось как мы провели вечер.

— Мне тоже. — Кивнула я, ловя себя на мысли, что ни капельки не лукавлю.

— Может тогда повторим его как-нибудь?

— Обязательно.

Мэтт нагнулся и поцеловал меня в щеку.

— Тогда я позвоню. Спокойно ночи, Эрин.

— Спокойной ночи, Мэтт. — Я дождалась пока он скроется в лифте и зашла в квартиру.

Боги, неужели я влюбляюсь? Я прижалась спиной к двери и закрыла глаза, чувствуя как бешено колотится в груди сердце. Неужели я буду счастлива?

— Кажется жизнь налаживается. — Пропела я и рассмеялась.

— На твоем месте, Берд, я бы не обнадеживалась. — В зале зажегся свет и я увидела, сидящую на моем диване, Тайрин.